Рубрика: Книги

Всё таки, Стивен Кинг — магистр литературы в жанре триллер. По степени погружения в описываемые события, ни с одним писателем больше не могу сравнить. Точнее, есть произведения, которые тоже захватывают с головой, но, обычно, у тех же авторов встречаются и книги, которые читаются, всё же, с некоей долей отстранённости. Как кино смотришь. У Кинга не могу вспомнить ни одного такого. Всё что я у него читал, с первых страниц схватывало в возбуждённое напряжение и не отпускало до последнего слова. В общем-то и после переворачивания последней страницы ещё не сразу отпускало.

При этом, у некоторых книг, если вкратце обрисовать сюжет, совершенно непонятно, во-первых, как можно насобирать текста на целый роман, во-вторых, какими такими событиями можно увлечь читателя так, чтобы отвлечься от книги было мучительно больно. Продолжить чтение «Стивен Кинг — «Долгая прогулка»»

Книга включает три произведения:

Дайдодзи Юдзан — «Будосёсинсю» («Напутствие вступающему на путь воина«)

Сборник наставлений и рекомендаций для начинающих и, видимо, сбившихся с пути самураев. Начиная от философии и размышлений о жизненных приоритетах, человеческих пороках и слабостях, развитии духа и разума и заканчивая практическими рекомендациями по выбору снаряжения. Так как самурай — это не только воин, в мирное время самураи — чиновники, счетоводы и разнообразные служащие, наставления затрагивают и эти области.

Ямамото Цунэтомо — «Хагакурэ» («Сокрытое в листве«)

Сборник заметок и размышлений «отставного» самурая (его господин умер, последовать за ним путём ритуального самоубийства — цуйфуку — ему было запрещено, и он стал монахом) Ямамото Цунэтомо, записанных его учеником Цурамото Тасиро. Записки писались 7 лет и по формату напоминают современный блог.  Ключевая идея — первая же фраза:

Я постиг, что путь самурая — это смерть.

При этом имеется ввиду не смерть как таковая, а, скорее, решимость умереть. Осознание неизбежности смерти и готовность принять её в любой момент.

Помимо философских, назидательных и практических тем, вполне актуальных и по сей день, кстати, встречаются и неожиданные

Говорят, что если рассечь лицо вдоль, помочиться на него и потоптаться по нему соломенными сандалиями, с лица слезет кожа. Об этом поведали священнику Гедзаку, когда он был в Эдо. Подобными сведениями нужно дорожить.

что ещё больше придаёт запискам схожесть с современным блогом.

Очень сильная книга, читал её первый раз года три назад, был сильно потрясён. В основном, тематикой смерти и до неадекватности непривычным для восприятия западного человека поведением людей из примеров о поведении самураев. Сейчас, перечитывая, некоторые вещи воспринимал под другим углом уже и почерпнул и переосознал гораздо больше деталей и философских идей.

Юкио Нисима — «Хагакурэ нюмон» («Введение в хагакурэ«)

Яркий пример того, что для описания впечатлений о «Хагакурэ», надо написать текст, сравнимый по объёму с объектом описания. Данное произведение — сочетание восторженных восклицаний и впечатлений о книге Цунэтомо и пояснения и размышления на тему некоторых её утверждений и постулатов. Немалую часть книги занимают выдержки из «Хагакурэ».

Под катом очень много цитат. Продолжить чтение «Книга самурая — «Будосёсинсю», «Хагакурэ»»

2. «Если с Фаустом вам не повезло«.

3. «Пьеса должна продолжаться«.

Продолжение повествований об Аззи Эльбубе — рыжем демоне из преисподней (первая книга — «Принеси мне голову прекрасного принца«).

Обе книги оставили ощущение пустоты. Лопнувшего мыльного пузыря. Поскольку в обоих сначала нагнетался сюжет, много «завязочных» идей, обещающих мощное действо, интриги, неожиданные развязки. Но книга кончается, и ты понимаешь, что ничего из обещаного не выросло, потому что на него забили сразу после рождения. Вторая вообще непонятно какое отношение имеет к Аззи. Он там, конечно, был, и даже несколько раз, но так ничего и не сделал. А основные действующие лица книги — Фауст, лже-Фауст и Мефистофель.
Однако в третьей части постоянно ссылаются на вторую, как на одно из приключений самого Аззи.

То ли авторы писали книги, распределив между собой чередование глав и не интересуясь тем, что пишет коллега, то ли обе книги составлены из каких-то набросков и черновиков, так и не получивших развития, общий вывод, который можно сделать — обе части суть чисто коммерческое творение. Сиквел успешного хита. Продолжить чтение «Р. Шекли, Р. Желязны «История рыжего демона». Книги 2 и 3″

«Цивилизация статуса» — роман о планете-тюрьме, на которую ссылают преступников, предварительно стирая им память. На этой планете (Омега) образовалась своё государство и своя статусная иерархия. Со своеобразными законами и подходом к их соблюдению. Самое интересное — свод законов этого государства. В своей абсурдности и ярко-выраженной асоциальности он, тем не менее, очень точно отображает основные установки любого современного цивилизованного государства.

Подробности в цитатах: Продолжить чтение «Роберт Шекли — «Цивилизация статуса»»

Это не художественная литература. Это комментарии известного учёного писателя-фантаста к первым одиннадцати стихам библейского Ветхого завета. В котором описывается сотворение мира. И это не критика и не опровержение библейской теории. Комментарии строго «по делу», автор ищет привязки к историческим фактам и исследованиям, указывает на совпадения, когда они есть, на отсутствие информации, когда её не хватает («предвижу, мне могут возразить, будто это само собой разумеется. Очень опасный аргумент. Если что-то одно само собой разумеется, то и почти все на свете тогда тоже может разуметься само собой)» и на противоречия, которые появляются даже в самой библии. Причины того что библия местами противоречит сама себе в том, что современный её вариант основан на выдержках из двух исходных вариациях — «Яхвисте» и «Жреческом кодексе» и периодически срывается на политеизм, так как опирается на более древние варианты сотворения мира (вавилонский, шумерский). И по сути, процесс сотворения мира в библии и последующие передряги (потоп, зарождение цивилизации) описывают историю небольшого уголка земли, называемого Междуречьем (между Тигром и Ефратом).

Читается местами тяжеловато (почти как сама библия), но тем, для кого религия — не просто объект слепой веры, советую ознакомиться. Интересно.

Если мы вздумаем упорствовать в том, чтобы под словом «помощник» понимать «жена», то нам должна представиться нелепая картина, будто бы господь бог подводил к человеку всех животных, дабы выяснить, какое из них могло бы служить Адаму женой. Одного этого было бы достаточно, чтобы навсегда отказаться от попыток трактовать слово «помощник» именно таким образом, однако традиция некритического отношения к словам Библии очень сильна.